После многолетнего отсутствия в Одессу вернулся пианист Сергей Терентьев. Насколько я знаю, он работал в одной из скандинавских стран, а затем — в Испании в качестве исполнителя академической музыки, что совершенно неудивительно: Терентьев окончил одесскую консерваторию по классу фортепиано у профессора Л.Гинзбург. В ту же пору обнаружилась и тяга к импровизации. Играл Терентьев тогда весьма интересно: лирические наигрыши на темы известных стандартов соседствовали с более острыми и насыщенными, спонтанными и полуспонтанными авторскими пьесами. К сожалению, записи тех времен — за исключением записанной пополам с Юрием Кузнецовым долгоиграющей пластинки — мне недоступны. За последние 10 лет Сергей Терентьев несколько раз приезжал в Одессу: в 96-м, кажется, я слушал его концерт, где он играл классическую музыку в первом отделении (увы, как раз тех композиторов, к коим я равнодушен или еще хуже) и импровизировал — во втором (вполне содержательно и блестяще по технике). Потом — года через три или четыре — попал я на другой концерт, полностью академический — тот мне не понравился вовсе: все было правильно, технично и скучно. И решил я тогда академическую музыку в исполнении Терентьева более слушать не пытаться. Что и было выполнено: первые концерты Терентьева после возвращения были академическими. Но на концерт джазового трио все же решил пойти.
Купил билеты и 25 января оказался в зале Одесской филармонии. Заполнение зала было изрядное, но знакомых лиц я почти не видел (обычно на джазовых концертах я даже не успеваю поздороваться со всеми знакомыми — тонка джазовая прослойка).
Игорь Голубятников За роялем — Сергей Терентьев, бас-гитара — у Игоря Голубятникова, за барабанами — Александр Омельченко. Ведет концерт молодая филармоническая дама. Забегая вперед: лучше бы не вела. Поставленным, звучным голосом объявляет каждое произведение — ну, это так в филармониях принято, я не против. Каждая буква слышна. Со словами, правда, хуже. Я лично восстановить имя композитора и название пьесы мог только ассоциативным методом. А кто не мог, те теперь твердо знают: "Дезафинадо" написал Антонио Карлос Джобиш. И правильно: посещение филармонии должно образовывать, а кто не знает, как называется, чего эти джазмены лабают — пусть хиляет в дискотеку. Ну, я не похилял. Остался слушать.
С этим, должен сказать, тоже не очень хорошо сложилось. У зала сложилось. Тут и аплодисменты были, и выкрики "браво" посреди пьесы. А у меня — нет, не сложилось. И все первое отделение я мучительно искал, что бы такого хорошего написать об этом концерте. Прослушаю очередной стандарт и думаю: ну, может быть, в следующей пьесе найдется? И так все первое отделение. Игрались в нем по преимуществу стандарты — не самые расхожие, не заигранные. Что бы такое похвалить? Долго думал, но понял все-таки, отчего залу нравится: туше у Терентьева прекрасное, пиано просто превосходное, ясное и прозрачное. Но, думал я, какое к этому всему имеет отношение вот эта бас-гитара и вот эти ударные? Да и к джазу вот этот превосходный пианизм какое имеет отношение? Но тут знакомые звуки услышал: Монк, "Round Midnight". То есть, простите, "Round Midnight" — это да, если ноты с образцом сопоставить, а насчет Монка — тут уж пардон. Не могут эти музыканты играть Монка и, как по-моему, не смеют они его играть. Нельзя играть Монка по нотам, нельзя играть его стандартными гармонизациями, нельзя превращать его простые и мудрые неквадратные фразы в упражнения по беглости пальцев. Чай, не этюд.
Александр Омельченко Вот в таком духе прошло первое отделение, а к концу его оказалось, что и вокал в этом трио есть. Пел Александр Омельченко гораздо хуже, нежели играл на барабанах, а на барабанах он в этот вечер играл не так чтобы очень: фактуры (сложные в том числе) — производили впечатление не сыгранных, а выученных, взаимодействия с другими участниками — никакого (и то сказать, рояль с басом отвечали ему тем же), звукоизвлечение утомительно однообразное. Но с пением все еще интереснее было: Александр просто в ноты не попадал. Не так не попадал, как это великие шансонье делают, а по-простому: фальшивил. Но лидер трио такое пропустил, а зал благодушно съел и даже аплодировал. В антракте мы посовещались с друзьями и решили: играл бы Терентьев один, да не в концертном зале, а в фойе очень дорогой гостиницы, или в столь же дорогом, классического толка ресторане — и было бы это замечательно, и старались бы мы все не производить лишних звуков и уходили бы с неохотою.
Второе отделение прошло примерно в том же духе. Несколько лучше выглядели две ритм-энд-блюзовые пьесы. Тут и Терентьев оживился, и бас приобрел хоть какой-то смысл, и твердый до деревянности ритм Омельченко стал уместен. Показалось на минуточку, что исполнителей не только ноты связывают. А дальше — опять пианизм, туше, пассаж вверх, пассаж вниз, гармонизации хроматические... Сухо, постно, скучно.
Но публике-то нравилось. Ведь аплодировали, ведь не отпускали. И тут как-то ответ и нашелся: это трио попросту было от этого зала. Публика была в зале совсем другая, филармоническая, та, что как раз и ценит исполнительское мастерство. Она готова опять и опять слушать вон ту сонату Бетховена и приговаривать "какое туше" и "нечеловеческая музыка". Ей надо, чтобы форте было пофортее, а пиано — совсем пиано, но все еще не пианиссимо. Они образованные, потому им Тереньтев мил и прекрасен — он как раз на их языке и говорит: пришли слушать пианизм — вот вам пианизм. Вы аплодируете — ну, я тоже очень рад. А что трио на сцене не сложилось, что голос в ноты не попадает — так это дело десятое, любителям оперы мы такого не покажем.
Но, пожалуй, достаточно. Я люблю джаз, но классику для фортепиано я тоже люблю. И писать нечто ругательное в адрес тех, кто играет джаз, для меня вовсе не именины сердца. Я бы и рад сказать: отличный музыкант Терентьев, но — не мой. А вот не получается. Обстоятельство одно мешает: Сергей Терентьев своим выступлением и игрой своего трио очень уж доволен был. А вот этого я — как заплативший за билет слушатель — простить уже не могу. Написали бы на афише: Сергей Терентьев, пианист-исполнитель, в программе — джазовые стандарты. И было бы все прекрасно, и на концерт этот я бы просто не пошел.
Но там другое было написано. Поэтому я пошел, слушал, думал и написал то, что написал. А не пойду я на все последующие концерты Терентьева. И вам не посоветую.
Олег Шестопалов (oleg6@iname.com)
