В пьесе «Я — пулеметчик» герой говорит языком «Бумера» и «Бригады», но сквозь бандитскую речь и современную реальность с разборками, джипами, уличным беспределом просвечивают иные лексические и временные пласты. В сознание внука-бандита вклинивается сознание его деда: участника Великой Отечественной войны. Так встречаются две эпохи и две войны: патриотически-освободительная и нынешняя — кровавая бойня без правил и целей.
